Александр Алексеевич Маненков

2 января 1930 г. - 26 марта 2014 г.




      А.А. Маненков родился в рабочей семье в с. Кирельск недалеко от поселка Камское устье Татарской ССР. Его отец погиб в 1942 г. на фронте. А.А. Маненков в 1947 г. поступил в Казанский государственный университет, после окончания которого в 1952 г. был принят в аспирантуру Казанского физико-технического института. Научным руководителем Александра Алексеевича был проф. С.А.Альтшулер – один из соратников Е.К. Завойского, с именем которого связано открытие в 1944 г. электронного парамагнитного резонанса в конденсированных средах. По рекомендации С.А.Альтшулера в 1953 г. А.А. Маненков был направлен в аспирантуру Физического института им. П.Н.Лебедева. С этого момента начинается тесное сотрудничество А.А. Маненкова с А.М.Прохоровым, которое продолжалось долгие годы и принесло ему мировую известность.   
    Всю жизнь Александр Алексеевич проработал в Лаборатории колебаний сначала в ФИАН, а с 1983 г. в ИОФ РАН. Кандидатская диссертация – 1955 г., докторская – 1960г. Круг научных интересов А.А. Маненкова включал в себя физику магнитного резонанса, физику твердого тела, квантовую электронику, лазерную физику и нелинейную оптику. Научные достижения А.А. Маненкова высоко оценены государством и научным сообществом. Ему присуждена Государственная премия СССР (1976 г.) и Золотая медаль им. А.М. Прохорова Российской академии наук №1 (2008 г.)
      Профессор А.А. Маненков был одним из пионеров квантовой электроники.
1960

Электронный парамагнитный резонанс.

С именем каждого из учеников и соратников Нобелевского лауреата А.М. Прохорова связано становление нового научного направления. С именем Александра Алексеевича Маненкова связано широкое применение электронного парамагнитного резонанса в Лаборатории колебаний ФИАН. Открытие нового явления, электронного парамагнитного резонанса в конденсированных средах, принадлежит нашему соотечественнику Е.К. Завойскому, которое было сделано им в военные годы в Казани. Этот город является местом учебы и взросления Саши Маненкова. Александр Алексеевич Маненков, будучи уже в Москве и работая аспирантом у А.М. Прохорова над проблемами ЭПР, часто говорил, что его научные интересы предопределены городом и временем открытия явления мирового уровня в физике и что он ощущает незримую связь с Е.К. Завойским.

Как было принято в Лаборатории колебаний, экспериментальную установку для изучения ЭПР нужно было сделать своими руками. Мысль о том, чтобы купить что-то готовое, а затем доработать под поставленную задачу, представлялась нам вполне чуждой и не свойственной духу Лаборатории, где каждый студент или аспирант начинал кропотливо создавать то опытное устройство, на котором предстоит вести научные исследования. Такой подход имел преимущества по сравнению с эксплуатацией готового оборудования, так как работающий на самостоятельно собранной установке в деталях представлял, как она функционирует и что в действительности стоит за измеренными величинами.


Установка для наблюдения ЭПР содержала собранные воедино три разнородные компоненты. Одна компонента - это СВЧ-техника сантиметрового диапазона длин волн. Это оснащение и умение работать с ним уже была в Лаборатории колебаний, что было результатом многолетней экспериментальной деятельности по радиоспектроскопии молекул. Криогенная техника, включая гелиевые температуры, была хорошо поставлена в Физическом институте АН СССР. Отсутствовала третья компонента - качественный электромагнит на средние величины напряженности магнитного поля со стабилизированным источником питания. Проблему магнита удалось решить, заказав проектирование и изготовление магнита в заводских условиях. Электромагнитами с водяным охлаждением оснастилась не только установка Маненкова, но и другие группы Лаборатории. Конструкция магнита оказалась настолько удачной, что ее чертежи были переданы В.В. Воеводскому в Институт химической кинетики и горения АН СССР, когда тот решил использовать методы ЭПР для решения своих научных задач.

Руководство Лаборатории колебаний исповедовало принцип и проводило его в жизнь: «Сделаем установку, начнем измерения, а возникающие проблемы будем решать по мере их появления». Такой подход применялся и к теории ЭПР, тем более, что квантовая теория примесных ионов в кристаллической решетке представлялась не слишком сложной. Вот в таких условиях начал свою деятельность молодой аспирант А.А. Маненков.



Отдельно следует сказать о веществе, исследование которого принесло А.А. Маненкову международную известность и признание заслуг и которое оказало существенное влияние на становление квантовой электронике в целом. Речь идет о кристалле корунда с примесью трехвалентных ионов хрома, попросту говоря, о кристаллах рубина. Лаборатория колебаний всегда имела тесные научные и дружеские связи с сотрудниками соседнего Института кристаллографии АН СССР, где поводились методические работы по росту кристаллов рубина, который в то время широко использовался в часовой промышленности. Поэтому можно было попросить вырастить кристалл рубина нужного размера и ориентацией с нужной концентрацией примеси хрома и приличного качества с точки зрения дефектов кристаллической среды, которые не должны проявлять себя на сантиметровых длинах волн. Так что выбор вещества для исследований в первого взгляда представляется случайным. На самом деле, сказалась интуиция аспиранта и его руководителя, которые остановили свой выбор на веществе, которое применялось позже в квантовых усилителях для навигации, астрономии и космической связи.

                   На Ученом совете ИОФ РАН, 1986.

В квантовых усилителях научного и прикладного применения с кристаллом рубина была реализована так называемая “трехуровневая система” с СВЧ-накачкой, предложенная Н.Г. Басовым и А.М. Прохоровым в период становления квантовой электроники. Тщательное и всестороннее исследование структуры и релаксационных свойств энергетических уровней трехвалентного иона хрома, которое принадлежит А.А. Маненкову, позволило подтвердить реальность существования веществ, для которых применима концепция “трехуровневой системы”.

В.К.Конюхов. 

Лазерное разрушение оптических материалов

В конце 60-х начале 70-х годов бурное развитие лазерных систем для промышленного, медицинского и военного применений выдвинуло на повестку дня проблему лазерной стойкости оптических материалов. С самого начала появления этой проблемы коллектив, возглавляемый А.А.Маненковым, включился в её решение. Был выполнен цикл исследований, направленных на изучение, как фундаментальных механизмов лазерного разрушения прозрачных оптических материалов, так и механизмов, определяющих их реальную практическую стойкость. В числе фундаментальных исследований прежде всего следует отметить цикл работ о роли лавинной ионизации в механизме лазерного разрушения прозрачных оптических материалов. Особое место среди этих работ занимает экспериментальное исследование роли “затравочного электрона” в развитии процесса лавинной ионизации. Эта работа занимает особое место в изучении так называемых предельных механизмов лазерного разрушения, каким является и механизм лавинной ионизации. По своей сути она является первым и единственным исследованием, где впервые экспериментально доказано, что порог лавинной ионизации под действием электромагнитного излучения оптического диапазона определяется порогом появления затравочного электрона. Это позволило определить предельные пороги лазерного разрушения в наносекундном диапазоне длительностей лазерного импульса как фундаментальную характеристику оптического материала. Среди работ по практическому увеличению стойкости оптических материалов к лазерному излучению следует отметить работы по кинетике валентных переходов ионов группы железа в кристаллах рубина и лейкосапфира. 


Результатом этих работ явилась технология улучшения генерационных характеристик кристаллов рубина и повышения их стойкости к лазерному излучению. Особо следует отметить также работы по влиянию вязкоупругих свойств на лазерную стойкость прозрачных полимеров. По результатом этой работы был разработан неразрушаемый лазерным излучением новый оптический материал – модифицированный полиметилметакрилат, который впервые в мировой практике позволил создать твёрдотельный пассивный затвор для модуляции добротности твёрдотельных лазеров видимого и ближнего ИК-диапазонов.

Таким образом, резюмируя сказанное, следует отметить, что все работы по изучению механизмов лазерного разрушения прозрачных оптических материалов, выполненных под руководством А.А.Маненкова, отличает высокий теоретический уровень и значимая практическая направленность.

Ю.К. Данилейко.

Пико-фемтосекундные импульсы.

В течение последних пяти лет наша лаборатория "Пико-фемтосекундные лазеры" тесно и активно сотрудничала с Александром Алексеевичем. Благодаря его широкой научной эрудиции и высокой работоспособности нам удалось начать исследования в современной области лазерной физики, касающиеся взаимодействия профилированных во времени ультракоротких лазерных импульсов с нелинейными оптическими средами.

Несмотря на солидный возраст, Александр Алексеевич и в последнее время активно принимал участие в научных исследованиях, поддерживаемых различными Российскими научными фондами. Он был делегатом многих отечественных и международных конференций, выступая на них с оригинальными и приглашенными докладами, был автором многочисленных обзоров и статей, опубликованных в российских и зарубежных научных журналах и сборниках.

В ходе общения с нами Александр Алексеевич постоянно держал нас в "научном тонусе", напоминая о задачах, которые нужно решить в рамках текущего совместного проекта, и предлагая нам задуматься о будущих общих проектах. Делал он все это достаточно настойчиво, но очень деликатно. Александр Алексеевич остается в наших сердцах как порядочный и добрый человек. Даже во время горячих дискуссий от него нельзя было услышать ни единого грубого слова в отношении кого-нибудь из коллег. Он очень часто вспоминал своего любимого учителя А.М.Прохорова, рассказывая нам об интересных и забавных случаях, происшедших с ними во время их совместной работы, цитируя его меткие высказывания и пересказывая его любимые анекдоты.

Н.С.Воробьев, А.В.Иванов, Е.В.Шашков.